Диалог о «Балладах» Никиты Кошкина

Интервью с композитором Никитой Кошкиным 27 октября 2013 года провела и записала Мария Демьянова.

Koshkin_2011Мария Демьянова: Никита Арнольдович, хотелось бы узнать историю создания Вашего цикла «Баллады» (цикл написан в 1998 году – прим. автора). Известно, что эта сюита была посвящена Вадиму Кузнецову, то есть, он заказал Вам это сочинение?

Никита Кошкин: Не совсем так; идея что-то написать для Вадима Кузнецова была еще со студенческих лет – мы с ним учились на одном курсе в Гнесинке, и руки никак не доходили до этого. А тут получилась такая ситуация, очень своеобразная. 1997 год был очень насыщенный в плане работы, и именно на этот год пала работа над Сонатой для гитары соло, над первой моей сонатой, у меня их две уже. Первая соната – произведение необычное, оно было спровоцировано длительным общением с Микулкой (Владимир Микулка, чешский гитарист – прим. автора), когда мы обсуждали многие вопросы в музыке. И он тогда высказал такую мысль: «Не пробовал ли ты написать сочинение без каких-то реверансов в сторону аудитории», – то есть вообще не думать о том, понравится это слушателю или нет, то есть что-то такое от себя, целиком и полностью. На самом деле, он попал в точку, поскольку в последние годы, я думал об этом, особенно после «Эльфов» (1984 год создания – прим. автора), которые очень нравятся публике, эту сюиту я написал от души, и она очень хорошо пошла. Вдохновленный успехом, я начал развивать стиль, в котором написаны «Эльфы» (более демократичный и доступный – разворот к аудитории), а тут предложение Микулки о написании подобной работы… Музыка Сонаты очень мрачна и сложна, само произведение кажется тяжелым и масштабным. Как написал один критик: «Это похоже на симфоническую поэму для гитары, или симфонию для гитары».

М.Д.: В каком журнале освещается это Ваше сочинение?

Н.К.: В английском журнале «Classical Guitar» — критическая заметка на ее диск или концерт.

Когда Соната была закончена, я никак не мог от нее отключиться. Я еще продолжал ее «писать», хотя уже все было давно написано. В какой-то момент это стало настолько меня раздражать, что я решил: лучшее лекарство от прошедшей любви – новая любовь. Надо было написать что-то новое, хотелось чего-то противоположного, легкого…

М.Д.: Чтобы отдохнуть?

Н.К.: Да. Отдохнуть и переключиться. И первые три части (баллады № 1, 2 и 5) я написал в новогоднюю ночь. Знаете, наверное, как в народе говорят – как Новый год встретишь, так его и проведешь – и у меня была идея, что если я встречу Новый год за письменным столом, сочиняя новое произведение, то будущий год станет плодотворным и в работе, кстати, так и получилось. И я намеренно сел писать за несколько часов до Нового года, а вышел из-за стола уже после. Практически одним махом были написаны эти три части, естественно что-то потом было подредактировано. А дальше, конечно, работа немного затянулась, поскольку я не сразу понял, что третья часть – это финал, и что там должно быть всего пять частей, потом я подобрал материал к другим частям… Точнее, весь материал новый, за исключением третьей части. То есть я нашел в столе черновик 23-летней давности (бумага была уже пожелтевшей), мелодия стала темой третьей части сюиты. Центральной пьесой оказалась именно эта часть. Затем была написана четвертая часть, очень легко и быстро.

Когда сюита была готова, я вспомнил, что уже давно собирался что-то посвятить Вадиму Кузнецову (российский гитарист, педагог и композитор – прим. автора). Но получилось, что премьеры от Вадима не последовало. После долгого общения с моим (уже ныне покойным) другом Крисом Килвингтоном (Chris Kilvington) из Кембриджа (он тогда открывал свое новое дело − небольшое издательство и искал известных признанных композиторов с предложением об издании своих рукописей), я предложил ему издать «Баллады», за что он охотно взялся. Сюита была издана. Мало того, узнав, что не было полной премьеры, Крис пригласил исполнителя – японскую гитаристку Шуко Шибата, которая исполнила полностью всю сюиту. Я не знаю, как она играла, но премьера прошла незамеченной и, более того, обошлась негативной критикой, хотя музыка «Баллад» казалась весьма беспроигрышным вариантом и должна была понравиться публике. Я очень расстроился, но так получилось, что на следующий год у меня было много поездок по Великобритании (1999) с концертами, на которых я играл и «Баллады». Также еще они прозвучали на GFA. Тут ситуация была на удивление другая, сюита публике понравилась.

Потом произошло печальное и шокирующее событие – Крис скоропостижно скончался от инфаркта. Дальше, естественно, сложилась нелегкая ситуация: моя сюита была уже издана, а издательство Криса после его смерти перекупило другое − «Aston music». И моими «Балладами» заинтересовалась американская компания «Mel Bay», которая выкупила их у «Астона» и издала у себя.

М.Д.: Никита Арнольдович, Ваши «Баллады» близки по стилю рок-балладам. Вы действительно стремились приблизить свою музыку именно к рок-культуре?

Н.К.: Рок-баллады – вполне специфический жанр, но моя сюита не имеет параллелей с ним. Она больше близка к стилю fingerstyle, и мне хотелось, чтобы это было что-то праздничное, веселое, интересное и не джазовое. Например, когда я писал первую часть, то думал о Рождестве, вторая − песня о любви, третья – как раз fingerstyle, четвертая перекликается по настроениям со второй частью, как песня, ну, и пятая − достаточно своеобразная, возможно и приближенная к рок, но это спорный момент.

М.Д: Когда вы писали эту сюиту, то, возможно, вспоминали о своем увлечении в молодости рок-музыкой?

Н.К.: Был такой момент. Дело в том, что рок-музыка для всех воспринимается в стандартном варианте ансамбля: ударные, бас и электрогитара.

М.Д.: Ваши «Баллады» романтические. Можно ли провести параллель с «Балладами» Шопена?

Н.К.: Нет, вообще для меня эта работа была некоторым экзотическим приключением, и я даже не думал эту сюиту относить к разряду моих творческих удач по той причине, что они стилистически сильно отличаются от того, что я пишу. Но тот успех, который сопутствует «Балладам» среди гитаристов, невольно заставляет думать, что все-таки мне удалость в них вложить что-то большее, чем я полагаю. Если исполнители ее любят играть и играют с большим чувством и удовольствием, то значит, что-то получилось, и даже больше чем мне кажется.

Мария Демьянова и Никита Кошкин

Мария Демьянова и Никита Кошкин

М.Д.: Вы изначально взялись сочинять в жанре баллады или обозначение жанра пришло позже, когда все было готово?

Н.К.: Я вообще сначала не думал, что это будет сюита. А название пришло в голову в самом конце, когда дописывал последнюю, четвертую часть.

М.Д.: Почему в сюите пять частей?

Н.К.: Исключительно из соображений устойчивости формы. Тем более, когда я дописывал четвертую часть, то понимал, что больше не нужно − ни прибавить, ни убавить, сюита получилась достаточно развернутая и не слишком длинная.

М.Д: Спасибо. Что бы Вы пожелали исполнителю Вашей сюиты?

Н.К.: Мне бы хотелось, чтобы исполнители на классической гитаре не забывали о классическом звукоизвлечении, хоть «Баллады» по стилю получились весьма своеобразными и неклассическими. Хотелось бы, чтобы музыканты избежали грубого исполнения, чтобы звучало по-эстрадному, легко, чтобы будто бы присутствовал момент импровизации. И, в то же время, сохранялась мягкость исполнения.

 

    Что вы об этом думаете?

    Расскажите всю правду...
    и, да, если вы хотите, чтобы ваш комментарий сопровождался аватаркой, пройдите по ссылке и получите граватар!